Почему дело экс-пристава Анны Файзрахмановой называют примером «избирательного правосудия»
Дело бывшего судебного пристава-исполнителя Анны Файзрахмановой, осуждённой на 9 лет лишения свободы, продолжает вызывать острые дискуссии в юридическом сообществе. Защита заявляет о беспрецедентной суровости приговора, грубых процессуальных нарушениях и игнорировании судом базовых принципов права. Ситуацию комментирует председатель Московской коллегии адвокатов «Business Legal Group» Андрей Сергеев.
Работа судебного пристава традиционно связана с высокой конфликтностью. Однако процесс над Файзрахмановой, по мнению профессионального сообщества, вышел далеко за рамки рядового разбирательства. Сегодня юристы открыто говорят о системных перекосах при рассмотрении дел о коррупционных правонарушениях.
9 лет за 180 тысяч рублей?
«В данном случае мы имеем пример того, как правосудие работать не должно», — убеждён председатель Московской коллегии адвокатов «Business Legal Group» Андрей Сергеев.
Он напоминает, что уголовный закон базируется на принципах гуманизма, справедливости и индивидуализации наказания. Однако в деле Файзрахмановой эти принципы, по мнению защиты, были проигнорированы.
«Осуждённая — женщина средних лет с отличной биографией и потрясающими характеристиками. Она мать семилетнего ребёнка, у них полноценная семья. Более того, вменяемые ей эпизоды — это дела прошлых лет», — отмечает адвокат.
Особое удивление защиты вызывает несоразмерность наказания. Анне Файзрахмановой вменили сумму в 180 тысяч рублей, назначив за это 9 лет колонии.
«Ко взяткам у государства сейчас какая-то особая агрессия. Но парадокс в том, что чем меньше размер взятки, тем жёстче приговор. Когда министры получают миллионы и миллиарды, им порой назначают наказание в два-три раза меньше, а иногда и вовсе условные сроки. Дифференциация почему-то работает не в пользу обычных людей, к которым относится Файзрахманова, а в сторону элитарных масс», — констатирует Андрей Сергеев.
Более того, Шатурский городской суд пошёл на крайне редкий в судебной практике шаг: назначил наказание на год больше, чем просил в прениях государственный обвинитель.
Законность действий подтвердило руководство: дела закрыты обоснованно
Одним из самых веских аргументов защиты, который фактически ставит под сомнение сам состав преступления по эпизоду получения взятки, является позиция профильного ведомства.
Вышестоящий орган, Управление Федеральной службы судебных приставов по Московской области, дал официальные комментарии и провёл проверку по факту окончания спорных исполнительных производств. Согласно выводам ведомства, все действия Файзрахмановой по закрытию производств были выполнены в строгом соответствии с законом и при наличии абсолютно правильных и законных оснований (ввиду отсутствия у должника имущества, на которое можно обратить взыскание).
Государственное ведомство официально подтвердило: пристав не принимала «незаконных» решений в пользу должника — она лишь зафиксировала реальное положение дел в рамках своих полномочий. Почему суд проигнорировал позицию профильного госоргана, оценивавшего действия своего сотрудника, остаётся открытым вопросом.
«Бумажка» вместо экспертизы
Адвокат обращает внимание на критические недостатки доказательной базы, которая легла в основу обвинения по эпизоду взяточничества. По словам Сергеева, следствие не предоставило прямых доказательств передачи денег, а весь процесс строился исключительно на показаниях взяткодателя и посредника, которые имели личный конфликт с подсудимой и прямой мотив для оговора.
Но главным «вещдоком» обвинения стала обычная бумажная распечатка переписки.
«Основным доказательством признали скриншот из WhatsApp, предоставленный на бумаге, при этом самого мобильного телефона в распоряжении следствия не было. Мы живём в век искусственного интеллекта, когда можно сгенерировать видео и аудио любого качества. И в этих реалиях суд признаёт главным вещественным доказательством простую распечатку, отказываясь проводить компьютерно-техническую экспертизу», — заявляет председатель коллегии адвокатов.
Противоречия свидетелей и финансовое давление
Защита подготовила подробную 30-страничную апелляционную жалобу, в которой детально описала исключительно процессуальные нарушения, допущенные в ходе следствия и суда первой инстанции. Адвокат указывает, что показания потерпевших и свидетелей обвинения постоянно менялись и противоречили друг другу.
«Я цитировал показания потерпевших, которые каждый раз говорили что-то новое, и их слова вообще никак не согласуются друг с другом. Но суд закрыл на это глаза», — подчёркивает защитник.
Апелляционная инстанция не только проигнорировала эти доводы, но и ухудшила положение осуждённой. По представлению прокурора суд постановил конфисковать те самые 180 тысяч рублей в качестве «орудия преступления». И это в дополнение к ранее назначенному штрафу в размере 2 миллионов рублей.
«Мы прекрасно понимаем, что для обычной семьи общая сумма в 2,18 миллиона рублей — это неподъёмные деньги. Фактически человека и его семью обрекают на полное финансовое разорение на основании нелепых доказательств», — комментирует Сергеев.
Борьба продолжается
Несмотря на жёсткую позицию судов первой и апелляционной инстанций, защита Анны Файзрахмановой не намерена сдаваться. Впереди — кассационная стадия.
Юристы надеются, что вышестоящие судебные органы обратят внимание на официальные выводы УФССП по Московской области, подтвердившие законность закрытия дел, а также на сомнительный характер цифровых доказательств и явное нарушение баланса справедливости при назначении столь сурового наказания матери малолетнего ребёнка.
Мы продолжаем следить за развитием этого резонансного дела.
Поделиться
Поделиться
